Свой gRPC-wire в Route, отсечение props до агрегата в redb.Core, Tsak закрыт по умолчанию, второй фасад у Identity. И 3.7.0, отозванный через день.

За три дня у экосистемы сменилось три номера: 3.7.0, 3.7.1 и 3.7.2. Первый отозван, живой номер 3.7.2. Ниже разбор того, что в этой линии вышло, в порядке зависимостей: интеграционный движок redb.Route, хранилище redb.Core, рантайм redb.Tsak и OpenID-сервер redb.Identity. Все четыре продукта идут на одном номере, 66 пакетов.

Начну с того, почему номеров три.

Читать далее

SOAP никуда не делся. Продаёте авиабилеты, значит ходите в Amadeus, Sabre и Travelport по SOAP. Интегрируетесь с банком, госпорталом, страховым бэкендом, биллингом оператора или почти любым корпоративным продуктом, купленным до 2015-го: там контракт это WSDL, а на проводе <soap:Envelope>. Подписи WS-Security, вложения MTOM, SOAP 1.1 рядом с 1.2, soap:Fault при ошибке: этот мир жив, он приносит деньги и не переезжает на REST по вашей вежливой просьбе.

В .NET вызывать его стало неудобно. WCF как полноценный фреймворк ушёл. CoreWCF есть, но во всех опубликованных версиях висит незакрытая крипто-уязвимость, так что затащить его значит поменять одну проблему на другую. dotnet-svcutil генерит клиент из WSDL на этапе сборки, но это кодогенерация, приклеенная сбоку, а не шаг интеграции. А хостинг SOAP-эндпоинта, WS-Security руками или проводка MTOM обычно заканчиваются кучей конфигурации System.ServiceModel, которую никто не хочет держать.

redb.Route.Soap идёт другим путём. SOAP становится обычным шагом пайплайна в вашем же .NET-процессе. Вызвал сервис, получил типизированный ответ. Поднял эндпоинт, отдал тело маршруту, вернул ответ. Всё in-box: HttpClient, общий Kestrel-хост и System.Security.Cryptography.Xml для WS-Security. Ни WCF, ни рантайма System.ServiceModel, ни уязвимой зависимости, ни отдельного шлюза. Разберём, как это используется и почему нативный коннектор внутри ESB бьёт codegen-клиента или отдельную коробку.

Читать далее

Smoking used to be everywhere, the way Facebook, TikTok, Snap, YouTube and Instagram are now. Society decided to break the habit, but it took a long time.

© Jason Henry for The New York Times

Есть у меня довольно простой автомобильный сценарий. Я сажусь в машину, телефон автоматически соединяется по Bluetooth с магнитолой, а самой магнитоле для навигации, пробок и прочих радостей нужен интернет через Wi‑Fi. Каждый раз доставать телефон, открывать шторку и вручную включать точку доступа мне в какой-то момент окончательно надоело.

Казалось бы, задача на пять минут: поймали подключение нужного Bluetooth-устройства и вызвали системную функцию включения hotspot. Но с недавних пор эту лавочку в Android прикрыли. Обычному стороннему приложению прямого доступа к управлению tethering уже не дают, даже если пользователь сам этого хочет.

В итоге получилось небольшое приложение BlueSpot на C#/.NET, которое делает ровно одну вещь: при подключении к выбранному Bluetooth-устройству включает системную Wi‑Fi-точку и присылает уведомление. Root не требуется, но без небольшого легального извращения в виде Shizuku не обошлось.

Читать далее

A playbook to curb the growing power of Big Tech.

Meta’s settlement is far from perfect, but it’s better than nothing.